Семья погибшего в Карабахе героя живет в полуразрушенном доме

0
16

Семья погибшего в Карабахе героя живет в полуразрушенном доме

Спас друзей от «гостей»: семья Вагинака Абгаряна лишилась кормильца, но осталась с мечтойОт Вагинака Абгаряна месяц не было вестей. О том, что он погиб знали все друзья и родные, кроме его мамы. Пока скрывать стало уже невозможно. Даже спустя месяцы ей сложно говорить о нем без слез.

Нана Мартиросян, Sputnik Армения

Над тремя могилами на кладбище села Парпи Арагацотнской области Армении развеваются флаги. Это могилы тех, кто погиб в последней Карабахской войне.

На самом деле не все герои покоятся на этом кладбище, хотя формальная могила здесь и есть. Прах Вагинака Абгаряна захоронен в военном пантеоне «Ераблур». Его мама и супруга решили, что герой должен быть окружен боевыми товарищами и похоронен с воинскими почестями.

«Мам, у нас гости, перезвоню»… Такими словами завершился последний телефонный разговор Вагинака Абгаряна с мамой Асмик. Это было 22 октября. Тогда женщина не поняла, что гости — это враг, а сын перезвонит, если не погибнет. А вот супруга Ваго (так его называют в семье) Ануш мгновенно все поняла. Молилась, чтобы муж перезвонил. Но не дождалась. Лишь спустя месяц родные получили весть: Вагинак погиб, героически сражаясь в бою в Тагаварте.

«От меня скрыли, что сын на войне. Я думала, что он на учениях. Но в день его гибели произошло что-то странное. Я была в магазине и почувствовала ужасную боль, будто в сердце вонзили нож. Я съежилась от боли и начала рыдать. Не могла объяснить, что происходит», — рассказывает его мама.

Своего единственного сына Асмик родила поздно — в 39 лет. Его назвали в честь дяди, который погиб в автокатастрофе. Муж умер, когда Вагинаку было всего четыре года. Поднимать его на ноги одной было непросто. Мальчик рос патриотом, и несмотря на множество возможностей «откосить» от армии, решил этим путем не идти. А когда началась война, записался добровольцем, но самочувствие мамы резко ухудшилось, и он на несколько дней отсрочил свой уход. Спустя несколько дней получил повестку и, вопреки уговорам жены, отправился воевать.

«Он говорил, что идет защищать нас, чтобы я и мои дочки ходили с высоко поднятой головой и гордились нашим папой-героем. Так и произошло. До последнего я надеялась, что он жив. Мечтала, чтобы вернулся — пусть даже инвалидом. Я готова была за ним ухаживать всю жизнь, но он погиб. И сейчас мне сложно говорить о нем в прошедшем времени. Вагинак для меня жив», — рассказывает Ануш, сдерживая слезы.

А вот Асмик сдержаться не может — рыдает. Рассказывает, что Вагинак вместе с боевыми товарищами решили задержать противника, пока остальные вывозили с поля боя раненых.

Ребята, говорит женщина, в глаза ей смотреть не могут – ведь Вагинак их спас, а они его не смогли. Боевые товарищи рассказывают, как перед последним боем Вагинак говорил, что мама не перенесет его гибели и попросил сделать все, чтобы все остались в живых.

«После гибели брата, думала, больнее уже не будет. Но жизнь показала — бывает. Вагинак рано женился, понимая, что я немолода. Он очень хотел, чтобы я увидела внуков. Но сам он не увидит, как растут его дочки», — скорбно восклицает Асмик․

Старшей дочери Вагинака четыре года, и она многое уже понимает. Каждый раз при слове «папа» оборачивается, а иногда стоит и подолгу всматривается в его портрет, который висит в гостиной. Младшая же дочь Анаит расхаживает по дому и все приговаривает — «Ваго, Ваго», ожидая, что папа вот-вот вернется.

Как рассказывают мать и жена погибшего солдата, он обожал своих дочек. Старшую назвал в честь мамы, а младшую в честь тещи.

«Он мечтал о сыне. Обещал купить мне автомобиль, когда рожу мальчика. Но его мечта так и не сбылась», — говорит Ануш.

Вагинак работал кузнецом и неплохо зарабатывал. Он баловал всех членов семьи. А перед началом войны хотел сделать перепланировку и ремонт. Разрушить стены успел, а построить новые, увы, нет. Теперь семья живет в полуразрушенном доме, практически без средств к существованию, и мечтает довести до конца дело своего погибшего кормильца.

«Он не успел пожить. Так хочется, чтобы наши девочки не пережили трудностей безотцовщины и всегда чувствовали заботу, которую должны чувствовать дети героев», — еле слышно произносит Асмик и вновь начинает рыдать.

Семья еще в декабре предоставила все документы для получения финансовой компенсации, однако пока не получила какого-либо ответа. Асмик уверена, что государство не оставит их в беде, но признается – никакими деньгами не унять боль и пустоту, которая образовалась внутри.

Мы прощаемся и уезжаем.

При въезде в Ереван натыкаемся на еще одно кладбище, и здесь снова над чье-то могилой устанавливают флаг…

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь