Тбилисское счастье Бажбеука, или Почему художник не расставался со своими картинами

0
11

Тбилисское счастье Бажбеука, или Почему художник не расставался со своими картинами

Тбилисское счастье Бажбеука, или Почему художник не расставался со своими картинамиАлександр Бажбеук-Меликян очень не любил учиться. Вернее, он не любил собирать то, что считал лишним. А вот живописи учился взахлеб, сам выбирал себе учителей, и научился так, что выставки его работ стали местом паломничества специалистов и любителей живописи.

Александр Бажбеук-Меликян родился в Тбилиси 11 сентября 1891 года. В этом городе он был по-настоящему счастлив, и это утверждение – не заезженное сравнение, это действительно так. Несмотря на вечные материальные затруднения и проистекающие из них бытовые неудобства, он был счастлив по двум причинам: Тбилиси и искусство.

Работы свои он очень любил, крайне неохотно с ними расставался, иногда отказывая даже музеям – ему, должно быть, казалось, что вместе с ними уходит в неизвестность частичка собственной сущности, и в этом он был прав. Не этим ли, в числе иных причин, объяснялся скудный достаток семьи, относившейся, впрочем, к вопросу философски.

Сто лет назад, в 1918 году, в Тифлисе открылась первая его выставка – совместная с другом, Ладо Гудиашвили. Художник был уже не юн, но еще молод, ему было 27 лет, и выставка эта принесла ему первые лучи славы и признания.

Армянский бунтарь: знаменитый Минас создавал полотна даже под носом у КГБ>>

В конце концов, он пришел к тому, что никогда никого не хваливший за красивые глаза Ерванд Кочар сказал о нем прекрасные слова:

«Сюжет и красота у Бажбеука проникнуты столь глубокой любовью и убежденностью, что его картины магнетической силой притягивают зрителя и не забываются. Убеждает его серьезность, наделенная тонким вкусом, исключительно изысканным колоритом. Все это делает Бажбеука очень значительным и зритель чувствует, что это — необычные работы: они возвышаются до своего рода культа, экстаза, они раскрывают перед зрителем мир, который серьезен и прекрасен, и на высоком алтаре этого мира стоит женщина и ее жрец – Бажбеук. Он был великим художником».

Пожалуй, словами Кочара и можно ограничиться, рассказывая о картинах Бажбеука, добавив определение Генриха Игитяна, назвавшего их «триумфом живописи».

А про почти что отвращение к бессмысленной, по его мнению, учебе говорили родные.

«Отец ужасно не любил учиться, даже средней школы не окончил. Вскоре бабушка отправила его в художественное училище. Затем он продолжил образование в студии Машкова в Москве, но не прижился и там. Уехал в Санкт-Петербург, блестяще сдал экзамены в Академию художеств. Ему назначили стипендию, хотя обучение в то время было платным. Но ему и там не понравилось», — рассказывала дочь художника Зулейка.

Фрески великого Минаса под угрозой уничтожения — Минкульт Армении пока отмалчивается>>

Вскоре Бажбеук вернулся в Тбилиси, немного поучился у Мосэ Тоидзе, но педагог осознал, что перед ним уже сформировавшаяся творческая личность, с собственным художественным видением и навыками.

Стараниями известнейшего искусствоведа Рубена Дрампяна в 1935 году выставка Бажбеука была организована в Ереване и имела огромный успех среди не знакомой еще с картинами художника армянской интеллигенции. Тогда никто не знал, что следующие персональные выставки будут лишь через тридцать лет и три года – посмертные, в Тбилиси, Ереване и Москве.

После той выставки в Ереване Бажбеука по какой-то причине исключили из Союза художников Грузии – времена были темные и опасные, и это исключение могло иметь непредсказуемые, вплоть до фатальных, последствия. С исключений обычно все начиналось, потом человек быстро становился каким-нибудь уругвайским шпионом или троцкистом, и все…

Рыбы, гранаты и ямочка на голове: несбывшееся завещание Сергея Параджанова>>

Александра Александровича чаша сия миновала – предположительно, он «исправился», написав картину «Испанские партизаны», чем подтвердил свою лояльность линии партии и лично известно кому. А скорее всего, ему просто выпал счастливый билет лотереи, в которую в те годы разыгрывали людские жизни и смерти, один из нечастых счастливых билетов.

Окончательное признание пришло к нему тоже посмертно. Это обычная история для живописцев: Пиросмани и Ван Гог – лишь единичные примеры. И другая обычная история для посмертно признанных настоящих художников: слава не всегда приносит понимание их творчества. У блистательного романтика, умевшего одной женской фигурой написать целое драматическое произведение, зачастую выделяют лишь экзотичность, «восточность» его манеры, тогда как это только манера, но не смысл.

«В самые трудные дни для искусства честная беспримесная палитра Бажбеука была маяком для колеблющихся, для слабых, которые знали, что в Тифлисе бесшумно живет Бажбеук-Меликян, а значит, существует, здравствует настоящее искусство», — сказал о нем Агаси Айвазян.

Социалистический реализм его так и не признал. Ну и не надо, Бажбеук выше любых «измов».

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь